Камила Вальехо: «Эту суку надо убить, тогда и восстание закончится».

Frankfurter Allgemeine Zeitung

Такого ещё не бывало, чтобы чилийскую студентку приветствовали за границей, как поп-звезду. Камила Вальехо, 23-летняя студентка географического факультета из Сантьяго де Чили, как раз находится в поездке по Германии: Берлин, Вюрцбург, Брауншвайг, Бремен, Гамбург. И везде полные аудитории. В последние годы она возглавляла движение, которое началось со студенческих протестов за справедливую систему образования и быстро развернулось в протест против господства капитала. Затем, когда вооружённая до зубов чилийская полиция, выступила против молодых демонстрантов, эти фотографии обошли весь мир, а Камила стала иконой международного движения протеста, от арабской весны до лагеря на Уолл-Стрит.

Госпожа Вальехо, задам сразу самый волнующий человечество вопрос: Вы освободительница?

Чепуха. Я студентка.

Однако нынче Вас приветствуют во всём мире как некую помесь из Че Гевары, Жанны д’Арк, Сальвадора Альенде, Долорес Ибарури…

Да, для многих людей я стала плоскостью отражения. Чаще всего для журналистских фантазий.

Тем не менее читатели британского «Гардиан» выбрали Вас недавно «Человеком 2011 года». Что означает для Вас это признание?

Это не относится ко мне лично. Я только лицо, которое персонифицирует движение. И если титулом награждают меня, то это уважение к глобальным переменам, вызванным протестными движениями. Эту честь я понимаю как признание мужества молодёжи вообще.

 

Почему же именно чилийская студентка-активистка стала символом всемирного двужения протестов?

Люди ощущают себя беспомощными перед лицом власти и освобождённых рынков. У нас в Чили это прежде в сего в области образования, в других странах — в другом. Но в ядре всего — глобальный феномен, чувство глобальной социальной несправедливости, когда немногие имеют много, а многие почти ничего. Это движение метит в корень нашего неолиберального мирового порядка. И я не знаю почему именно я стала его символом. Может потому, что протесты в Чили привлекли мировое внимание.

Что стало причиной нынешнего конфликта в Чили?

Это давний процесс, корни уходят во времена диктатуры. Уже с тех самых пор Чили является лабораторией неолиберализма, наихудшей формы свободного капитализма. В Чили 17 миллионов жителей, но большая часть капитала находится в руках примерно сотни семей. Они являются владельцами медиа-концернов, больниц, учебных заведений. И они определяют как политику страны, так и её законы.

Как это случилось, что студенческое движение вызвало волну массовых протестов во всём Чили?

Сначала речь шла лишь о стипендиях и о беспроцентном кредите. Это было в 2005 году. Однако, чем больше мы входили в курс дела, тем больше понимали что наши требования затрагивают и конституцию и основные права. Но нужно было время, чтобы сформулировать наши требования. В 2011 году наше движение сделало огромный качественный и количественный скачок. Мы объединились с учащимися школ и разработали совместную программу. Где указали на несправедливость ситемы образования, плохое качество публичных общественных учебных заведений, на проблемы частных задолженностей. Поскольку тема «Образование» касается не только студентов, но и также их семей, бабушки и дедушки вместе с родителями залезают по уши в долги, чтобы обеспечить образование своим детям и внукам, то тема внезапно стала интересной для всего общества, всех поколений.

Так как учебные учереждения при Пиночете были в большинстве своём приватизированы…

Правильно. Образование у нас это бизнес с невероятной рентабельностью. Правые считают, что образовательный сектор должен ориентироваться на свободный рынок. Левые, то есть мы, простой народ, рабочие, считаем, что  вообще не должно быть никакого бизнеса с одним из основных прав — правом на образование.

Дебаты о системе образования указали на принципиальные ошибки в системе?

Правильно. Неравенство в системе, жажда наживы, торговля основным правом на образование, всё это с полным правом можно перенести и на систему здравоохранения. Таже самая модель. Например строительство больниц финансируют частные инвесторы. Они, в свою очередь, хотят просто увеличить вложенный капитал, никаких мыслей о «любви к ближнему». Для них это просто бизнес, как и любой другой. И к тому же ещё и более выгодный, поскольку предприниматели в системах здравоохранения и образования в Чили не платят налогов.

Как Вы объясните этот почти одновременный внезапный взрыв протестов во всём мире?

Он не внезапен! Напряжение копилось много лет и сейчас идёт разрядка. В Чили например произошло так, что поколение наших родителей уже сделало много для этого. Но они были «обожжены» во времена диктатуры, ими владел страх. Мы — первое поколение не знавшее диктатора. Мы не боимся. Поэтому и окунулись бесстрашно в борьбу. То, что в разных уголках мира одновременно могли начаться движения протеста, очевидно можно объяснить существованием новых средств коммуникации, Facebook и Twitter.


Камила на демонстрации, после применения властями водомётных установок

Что объединяет, по вашему мнению, все эти протесты? Всё же страны и их история очень различны…

В конечном счёте право на свободу, на образование, на работу и честную её оплату универсально. Капитализм подошёл к тому рубежу, за которым он больше не способен нести на себе  экономику. Люди чувствуют себя просто «выброшенными» на рынок. Но рынки стремятся прежде всего извлекать прибыль, они не ориентированы на человеческие интересы. Отсюда и всеобщие протесты.

Вы сами представляетесь коммунисткой. Что такое коммунизм сегодня?

Мы всё ещё надеемся построить коммунистическую систему. Однако мы не считаем, что коммунизм одинаков для всех стран. Наше поколение прошло через демократические процессы, которые оказали сильно влияние на нас. И это, безусловно, отличает нас от коммунистов прежних поколений. Мы верим в демократизм избирательной системы. Коммунист сегодня это не оторванный от мира мечтатель-утопист. Мы — это не прежние коммунистические догматики с их оглядкой на советсткую систему или Кубу. Мы учились на их ошибках.

Большинство коммунистических систем потерпело крах из-за своих тоталитарных замашек на власть. Какой урок Вы извлечёте из этого?

Каждая страна должна найти для себя свою собственную модель политической системы, не распространяя её на других. То что мы хотим — это справедливая, демократическая страна. Мы верим в то, что каждый эволюционный процесс должен проводиться только совместно. А для этого необходима коллективная организация. Никакое изменение никогда не было волей одного индивидуума, этот процесс всегда инициировался коллективом, обществом. В этой фазе сейчас и находится Чили.

Вы верите в коммунистическое будущее?

Я полагаю, что сегодня мы — коммунисты, играем как никогда важную роль, в изменениях в мире. Мы верим в демократию. Но не в демократию буржуазии, а в демократию «маленького человека». Это наша коммунистическая идея. Европе, Германии нужно найти своё собственное определение. В конечном счёте однако, глобальное движение выходит за эти рамки. Речь идёт о новом понимании справедливости в нашем обществе.

Как Вы думаете, насколько велика Ваша роль в этом движении?

Каждое общественное движение нуждается в признанных лидерах и принятых представителях. Опасность состоит в том, что легко появляется вера в то, что движение зависит от одной-единственной личности. Или эти личности внезапно требуют себе ничем неограниченного лидерства и власти. Такого быть не должно. Процессы, такие как этот, являются коллективными созданиями, потому никто не имеет права стать выше коллектива. Я лично убеждена в том, что чилийские средства массовой информации в настояще время пользуются  инструментом персонификации именно для того, чтобы сделать движение уязвимым. Народ подавить нельзя, одного человека — можно.

Как нападали на Вас?

Регулярная клевета на меня, как на коммунистку. Что значит, слишком молода, очаровательна, или напротив уродлива, хитра, глупа. Были и угрозы, оскорбления. Один высокопоставленный чиновник недавно публично заявил, что «Эту суку надо убить, тогда и восстание закончится». Под сукой он подразумевал меня. Однако это всего лишь попытки атаковать само движение, но не меня персонально. То есть необходимо понимать, как работают СМИ. А так же, как реагируют власти, когда чувствуют угрозу.

Вы также освоили игру со СМИ, верно?

Разумеется. Я также научилась играть с прессой. Я умею использовать СМИ. И я поняла, что никогда не нужно следовать их правилам игры. Поэтому я никогда не опускалась до личного уровня, поскольку это моментально возвратится к тебе бумерангом. Я очень быстро научилась не принимать атаки в свой личный адрес слишком лично.

Однако личные оскорбления всё же затрагивают Вас?

Нет, в общем нет. Я получаю большую поддержку от друзей и от моей семьи. Если бы лидером была не я, а кто-то другой на моём месте, то он точно также получал бы пинки от прессы.

Однако Вам даже грозили смертью.

Да, увы. Прежде всего это сильно задело мою семью. В интернете кто-то опубликовал мои персональные данные, номер телефона, адрес. Было совершено нападение на дом моих родителей, мне ежедневно звонили по телефону с угрозами убить меня. Так ведёт себя хищная кошка, загнанная в угол, она начинает шипеть и царапаться, а затем нападает. Власти просто испугались.

Вас?

Наше движение протеста, которое я представляю. Однако вопрос в том, почему нападению подвергается левое социальное движение. Наверное от нас действительно исходит угроза господствующему политическому и экономическому классу нашей страны.

Вас даже рассматривают как самого перспективного конкурента нынешнему чилийскому президенту Себастияну Пиньерасу. У Вас достаточно амбиций для этого?

Я слышала. Однако я думаю ещё рано говоритьоб этом. Я пытаюсь с ответственностью относится к своим политическим задачам. Так что спросите меня опять через год.

Источник: Оригинал статьи

Перевод: Глобальный хуторок

Примечание переводчика

Камила Антония Амаранта Вальехо Даулинг — активистка студенческого и коммунистического движения в Чили, студентка географического факультета. Президент Студенческой федерации университетов Чили; вторая чилийка, возглавившая студенческую общину страны после Марисол Прадо (1997—1998) за 105-летний период существования федерации.  Входит в партию Коммунистическая молодёжь Чили — молодёжное крыло Компартии Чили.

Камила Вальехо, наряду с Джорджио Джексоном (Католический университет Чили) и Камило Баллестеросом (Университет Сантьяго-де-Чили), была в числе главных организаторов и лидеров студенческих протестов 2011 года в Чили, направленных против неолиберальных инициатив правительства Себастьяна Пиньеры по коммерциализации образования. Солидарность со студентами охватила значительные слои общества: «кастрюльные протесты» жителей городов Чили сопровождались объявленной профсоюзами 48-часовой всеобщей забастовкой. 21 августа 2011 года Камила возглавила манифестацию чилийской молодежи за всеобщее бесплатное образование, в которой приняли участие миллион человек.
Обаятельная девушка обрела общенациональную и международную известность: её сравнивали с субкоманданте Маркосом, называли «Красной Камилой», «валькирией мирной студенческой революции» и даже «новой Ульрикой Майнхоф». Вице-президент Боливии Альваро Гарсия Линера признался Вальехо в любви и от имени боливийского народа выразил ей всецелую поддержку. В то же время чилийские власти относятся к лидеру студенческого движения с нескрываемой ненавистью: высокопоставленная чиновница из министерства культуры Татьяна Акуньа даже заявила, что «убийство Вальехо положило бы конец надоевшим манифестациям». Из-за угроз жизни Камилы Вальехо Верховный суд Чили вынес решение обеспечить для неё защиту полиции.


Ответить

Login